 |
 Конкретно я об этом не читал и никогда не слышал. Может, до провинции эта информация не доходит, не знаю. Но конкретности в этом вопросе нет. В первые годы моих занятий я всегда регулярно покупал литературу и старался выуживать из нее все то, что было, на мой взгляд, ценным и важным. Кое-что находил и о силе воли, но не много, а лишь единичные высказывания. Может, авторы не считали нужным поднимать этот вопрос, считая, что коль уже человек вышел, для примера, на стезю бега, то значит он волевой и сильный. Может, оно так и есть, спорить не буду. Ведь не каждый все-таки отыщет в себе наличие решимости, чтобы надеть кроссовки и выйти на трассу в дождь. Хотя в последнее время я почему-то не вижу здесь ничего волевого.
Подумаешь, нашел в себе силу воли, чтобы заниматься бегом!
Ну что за волевые качества показывает тот или иной бегун?
Протрусит несколько километров, умоется и всем уже начнет рассказывать о своем геройстве!
Думаю, особо не ошибусь, если скажу, что можно поставить знак равенства между силой воли и силой Духа. А, в самом деле, разве можно отыскать различия между ними?
Думаю, что нет. Характер. Это слово более понятно и емко. «Сильный характер», «слабый характер». Один может заставить себя сделать ту или иную неприятную работу, а второй – нет! Боже упаси!
Тяжело и сложно. Для него это целая катастрофа. В первом случае говорят, что характер сильный, во втором – слабый. Но опять-таки, характер ли это? Я с этой формулировкой не совсем согласен. В чистом виде этого так называемого характера не существует, а есть просто самое обыкновенное умственное осмысливание с реализацией поставленной перед собой цели. Человек принял для себя определенное решение и просто, следуя законам разумности, претворяет его в жизнь. Он понимает хорошо, что только это ему нужно и только это может помочь ему вернуть утраченное здоровье ввиду неэффективности традиционных средств. Короче, человеку просто нужна в чем-то убежденность, уверенность и не более того, а уж дальше придут решимость и реализация этого плана. Но это объяснение примитивное, не претендующее на оригинальность. Хотя сущность примерно все-таки такова. Не являются же, в конце концов, все 80 процентов взрослого населения Японии занимающегося циклической тренировкой, колыбелью характера, воли, силы Духа?
Нет, конечно.
Хотя среди них есть и уникальные люди, как, собственно говоря, и везде. Просто у этих 80процентов появилось осмысливание важности этой проблемы, связанной со здоровьем.
И не более!
Но все это в целом – словесная эквилибристика. Все это где-то там, далеко, а не у нас. Я думаю, что в нашем государстве, где в большинстве своем люди выживают биологически, те единицы, вставшие на путь совершенствования, в частности, с помощью бега, имеют все-таки моральное право считать себя людьми волевыми и сильными. Это действительно очень сложно жить в нынешних условиях и бегать свои «любимые» километры. Хотя я себя сильным не считаю.
Ну, может быть, ищущим силу Духа.
О силе воли немного говорил и академик Амосов, объясняя это качество врожденными данными. С академиком спорить нельзя, но я все-таки попробую.
Ну почему сила воли качество врожденное? А разве мало примеров, когда человек при жизни до встречи с какой-нибудь бедой вел себя как самый настоящий слюнтяй, а уж после зарекомендовал себя волевым человеком. Котляров до 64 лет вел жизнь человека слишком далекую от величины Духа, но под влиянием болезней, осмыслив происходящее, стал на путь воистину тернистый, пронизанный Духом величия и силы. Не даром современная пресса окрестила его «уникум».
Е.Г. Мильнер, автор нашумевших в свое время книг о беге! Разве он не пример для подражания?
И перечень можно продолжать до бесконечности.
Но можно сразу возразить: они вследствие наличия врожденных волевых качеств смогли, другие – нет. У них просто больше решимости, осмысливания происходящего.
Хотя я сам себе противоречу…
Несколько лет назад я любезно предложил свою помощь одной, уже немолодой женщине, перенесшей ишемический инсульт. Полная, с мясистым лицом и беспокойно-тревожными глазами, она всегда была для меня примером для объяснения человеческой слабости еще до этой трагедии. Но я предложил все-таки услуги, нарушая сразу одну из заповедей: не навязывать никому ничего, тем более слабому. Ходил к ней домой около трех недель, и каждый раз, в течение часа что-то объяснял, показывал и, главное, вместе с нею занимался. Затем какое-то время я не приходил, надеясь таким образом, что она усвоила предыдущие уроки.
– Ну, как дела? – спрашиваю я, – как пульс, артериальное давление?
Она пугливо пожала плечами.
– Плохо… все плохо.
Я торопливо бросил на нее оценивающий взгляд, как бы надеясь таким образом отыскать все плохое.
– И все-таки как пульс, давление?
– Артериальное давление в пределах 150 мм ртутного столба, а вот пульс…
– Какой пульс? – вздрогнул я, представляя себе, что пульс у нее не контролируется.
Она стала рассматривать свои пухлые ладони.
– А я так и не поняла, как правильно считать пульс…
«Боже мой, – подумал тогда я, – ведь столько времени я потратил на нее! Может быть, добрую сотню раз показывал, где и как лучше определять пульс, как практичнее измерять самому себе артериальное давление. Значит, я плохой учитель, или имею дело с человеком, не склонным к таким деяниям». Я почувствовал себя даже немного обиженным…
01.04.2009
Читайте также:
Гипертония и сила Духа
|
